Карри и Эрик танцевали в гостиной. Карри не помнила, как началась музыка. Она не помнила, когда и как они начали танцевать. Она не помнила даже, как оказалась в квартире своих родителей. Но они были здесь, медленно танцуя при свете свечей на ковре между софой и телевизором, и Карри казалось, что, похоже, они танцуют вечно. Она положила голову на плечо Эрика, закрыла глаза и плыла медленными кругами. "Карри", сказал Эрик, крепко прижав ее к себе. "Мы должны кое о чем поговорить. Я что-то пытаюсь тебе сказать. Что-то важное." Его голос такой нежный и тихий, она едва слышит его он кажется доносящимся откуда-то издалека. "Хм-м-м?", говорит Карри с закрытыми глазами, продолжая плыть. "Ты помнишь тот вечер, когда ты возвращалась с концерта со своей подругой Джиной?" Карри застывает и больше не плывет.
x x x Она открывает глаза и, дрожа, садится в постели. Очевидно, она видела страшный сон. Но она не может вспомнить, о чем он был, он исчез. Полностью испарился. Последнее время у нее много такого: сны, которые исчезают без следа, если не считать того, что они оставляют ее совсем проснувшейся и дрожащей в середине ночи. Она смотрит на своего мужа Джека, лежащего рядом с открытым ртом. Храпит, как танковый двигатель. Она никогда не заснет, если он будет продолжать так храпеть. Она легонько закрывает ему ноздри. Он смахивает ее руку и что-то бормочет, она не может расслышать. "Ты храпишь", говорит ему Карри. Он поворачивается набок и снова засыпает. Карри лежит, глядя на затылок Джека, и ждет рассвета.
x x x "Прошлой ночью мне снова снился сон", говорит она ему утром за завтраком. "Хотя не могу вспомнить, о чем." Джек встает, заглатывая остаток кофе. "Поспешай, или я опоздаю на поезд." Карри поднимает газа на свою дочь-подростка от первого брака, Таню, стоящую в дверях кухни. Таня не отодвигается ни на дюйм, чтобы дать пройти отчиму - даже не глядит на него. Джеку приходится протискиваться боком, он сверкает гневным, недовольным взглядом на Карри, словно говорящим: это твоя вина. Таня просто смотрит на стену. Карри опускает глаза на стол, собирает посуду и несет в раковину, пытаясь утопить изводящий голос в своей голове бренчанием фаянса и плеском мыльной воды. Таня не шевелится, пока оба не слышат, как с шумом захлопывается парадная дверь. Потом она пересекает комнату и становится рядом с матерью. "Знаешь, мне тоже снился сон", объявляет она. "Мне снилось, что я умерла. Иногда мне снится, что я совсем не родилась, что я никогда не была живой, никогда не была человеком." Карри смотрит в раковину. "Хочешь хлопьев?" "Ты не слушаешь меня, да?" Карри поворачивается и смотрит на дочь. "Я слушаю, но мне не нравится то, что я слышу.
- Что бы там ни приходило в голову спросонья, в данный момент доктор застраховал себя от всякого рода депрессий, невротических состояний и прочих неприятностей с помощью особых химических веществ. Небольшой глоток успокоительного зелья из трав, который Вальбен приготовил собственноручно, - и никаких проблем! Лекарство окружало его, по меньшей мере на несколько часов, непробиваемой броней спокойствия, позволявшей смотреть в глаза стае зубастых чудовищ и при этом широко улыбаться. Быть врачом - быть Доктором, единственным во всей их группе, - это действительно очень большое преимущество.
Лоулер перевел взгляд на Сандиру Тейн, стоявшую у фок-мачты, опершись на ограждение. В отличие от Вальбена, эта высокая худощавая брюнетка выглядела опытным исследователем океана, совершившим множество путешествий по островам и преодолевшим огромные расстояния. Она знала море. Доктор же находился вне своей стихии.
- Ты когда-нибудь видела нечто подобное? - поинтересовался Лоулер.
Сандира подняла глаза.
- Это драккены. Жуткие уроды, не правда ли? Но хитрые и ловкие при этом... Проглотят вас целиком, не моргнув глазом, только дайте им такую возможность. Нет, даже не возможность, а просто намекните об этом, и они не замедлят воспользоваться подвернувшимся шансом. Нам очень повезло, что мы - здесь, а бестии - там.
- Драккены, - повторил Вальбен. - Я никогда не слышал о них.
- Они с севера. В тропиках встречаются не так уж часто. Да и не в этом море... Полагаю, сии твари решили устроить себе что-то вроде каникул.
Узкие зубастые морды, длиной в половину человеческой руки, поднимались над поверхностью воды, подобно обнаженным смертоносным мечам. Лоулер различал под зеркальной гладью изящные лентообразные тела, сверкающие, точно отполированный металл, и исчезающие где-то в глубине. Время от времени из морской пучины появлялся плоский камбалообразный хвост драккена или мощная перепончатая клешня. Яркие огненно-алые глаза всматривались в Вальбена с такой пристальностью, что становилось не по себе, и кожа покрывалась холодным потом. Твари общались между собой, издавая звуки высокого тона, напоминающие грубый и оглушительный лай или скрежет затачиваемого топора.
Откуда-то появился Гейб Кинверсон и подошел к перилам, заняв место между доктором и брюнеткой....
Правовая информация: если Вы являетесь автором и/или правообладателем любых из представленных на страницах нашей библиотеки произведений, и возражаете против их нахождения в открытом доступе - сообщите нам по адресу webmaster@scilibr.ru и мы немедленно удалим указанные работы.
Администрация сервера не несет ответственности за содержание рекламных материалов и информации, размещаемой посетителями, однако принимает все необходимые и достаточные меры для контроля. Перепечатка материалов сервера возможна лишь при обязательном условии ссылки на ресурс www.scilibr.ru, автора материала и уведомления администрации ресурса о дате и месте размещения.
